Ярослав Дыбленко: И мир посмотрел, и в хоккей поиграл

К комментариям

Ярослав Дыбленко: И мир посмотрел, и в хоккей поиграл

Незадолго до старта нынешнего сезона защитник Ярослав Дыбленко, отыгравший год в Северной Америке, вернулся в «Спартак». Большое интервью.

Два сезона провёл защитник в «Спартаке» после возрождения клуба в 2015 году. А потом принял непростое решение попытать счастья за океаном. Год пришлось провести в АХЛ - вызова в «Нью Джерси» Ярослав Дыбленко так и не дождался. Но теперь никто не упрекнёт его в том, что он так никуда и не попробовал выбраться из России. Попытка засчитана. Летом он вернулся. Сначала в СКА, а через пару месяцев оказался в раздевалке в «Спартака».

- Кому из партнеров по команде вы обрадовались больше всего, зайдя в раздевалку?

- Как всегда, Вороне (Артёму Воронину. - Прим.ред.), Толе Никонцеву, Диме Калинину… Да всем ребятам был рад. И не только тем, с кем играл. Еще персоналу, тренерам.

- Почему первым вы назвали именно Артёма Воронина?

- Столько лет мы ходим с ним, шутим, подкалываем друг друга, дружим! Как и с Толей Никонцевым.

- Когда вы вернулись в Россию, заключили длинный контракт со СКА. Вы предполагали, что может возникнуть вариант со «Спартаком» или возвращение в Москву стало для вас неожиданностью?

- Я предполагал, что такое может случится и даже не удивился, когда это произошло.

- Вы хотя бы раз пожалели о том, что приняли решение уехать в Северную Америку?

- Нет. Никогда не жалею о решениях, которые принимаю, тем более в хоккейном плане. Я сделал смелый шаг. Мы с женой поехали, посмотрели, как всё устроено там в хоккейном плане. Я набрался опыта и жизненного, и профессионального.

- Супруга не отговаривала вас от возвращения в Россию? Не советовала остаться и попробовать закрепиться, провести в Америке еще один год?

- Нет. Мы сели и достаточно быстро решили, взвесив все за и против. У нас не было долгих раздумий - мне предложили хороший вариант, и я подписал контракт.

- То, что СКА предложил вам такой долгосрочный контракт, повлияло на ваше решение?

- Редко кому сейчас предлагают четырёхлетний контракт. Я понял, что правильнее будет принять это предложение.

- За год, проведённый в Америке, вы сильно потеряли в деньгах?

- Естественно. Но я ведь поехал туда не за деньгами, а за игрой, за мечтой. Я не пожалел. Деньги придут.

- По чему вы больше всего скучали в Северной Америке?

- По Вороне. Он не отвечал мне целый год - вообще не общались. Я весь год копил шутки. Потом приехал сюда, и всё на него обрушилось (смеется).

Ярослав Дыбленко: И мир посмотрел, и в хоккей поиграл

- По быту, еде?

- Еда там хорошая. Есть неплохие рестораны, куда мы ходили. Кухня у них разнообразная, много европейских блюд. В команде, например, давали вкусные куриные супы. Борщей, конечно, там нет, но в принципе, всё тоже самое - курица, макароны, гречка, рыба. Жалко, что сырников не было, но были блины.

- Супруга не скучала, когда вы уезжали в поездки?

- Конечно, скучала. Но поездки были не особо длинные - не как в России, когда уезжаешь на четыре игры и отсутствуешь больше недели. Там всё проще - уезжаешь буквально на два-три дня.

- Перемещения проходили в основном на автобусе?

- Да. Самый долгий переезд был в Торонто - около 6 часов. В общем, особых напрягов не было. Разве что, например, игры два дня подряд, и тебе нужно будет приехать ночью, а на следующий день в час уже игра. Было тяжеловато, но, в целом, нормально.

- На домашние матчи собиралось много болельщиков?

- Наш стадион вмещал 5-6 тысяч, и на матчах почти всегда был аншлаг. Биргхэмтон живет хоккеем, любит этот вид спорта. Не сказал бы так про другие города - были и такие, где люди практически не ходили. У нас же посещаемость была хорошей. Город хороший, люди хорошие.

- Сколько стоил билет на ваши матчи?

- Честно говоря, не знаю. Думаю, не очень дорого. Там всё сделано так, чтобы людям было комфортно. Ну будет билет стоить 200 долларов - они всё равно отдадут эти деньги и придут на игру. Для людей это шоу, праздник. В городе ещё есть университетская команда по баскетболу - болельщики ходят и на эти игры. Но матчи не пересекаются - получается, приходят и на хоккей, и на баскетбол.

- Чем занимались в свободное время?

- Часто ездили в Нью-Йорк, благо это было недалеко. Там побывал во многих музеях - жена поводила. Она до моего приезда уже была там, многое видела, тот же Центральный парк. Посмотрел всё, что хотел. В Калифорнии были. Приехали на две недели раньше основного лагеря - съездили в зоопарк, в Диснейленд. В общем, время в Северной Америке провел с пользой - и мир посмотрел, и поиграл в хоккей. Мне всё понравилось. На месте мы не сидели.

- Успели понять, что НХЛ - прежде всего бизнес, а хоккей - приложение к нему?

- Да, это бизнес. Бизнес, который работает - это видно по их системе. Всё решают деньги - вопросов нет. Работа есть работа.

- Тяжело было привыкнуть к тому, что с там с вами мало общаются по душам, как это принято в России?

- По душам пообщаться я мог только с женой. Ребята в команде пытались со мной говорить, чтобы я больше общался с ними, входил в коллектив. У меня был сосед, с которым мы жили на выездных матчах. Чех Ян Мондато, сейчас он играет на родине. Он разговаривает по-русски, и был единственным, с кем мы постоянно общались. Он много мне помогал, да все помогали - хорошая была команда и прекрасный коллектив.

Ярослав Дыбленко: И мир посмотрел, и в хоккей поиграл

- Чувствовали на себе, что тренер улыбается вам, а затем всё делает по-своему?

- Думаю, всегда так, если ты не звезда. Это их стиль, это Америка - они не могут не улыбаться. Могут обидеться на тебя, но будут улыбаться и делать вид, что всё отлично, хотя на самом деле это не так.

- Вы переживали, что вам так и не дали шанса в НХЛ, не подняли в основную команду?

- Бывало, что начинал думать, что дело во мне, в моей игре. Начинал сам себя корить, переживать, а оказалось, что это совсем не так. Бизнес есть бизнес, вопросов нет. Потом перестал переживать и понял, что не стоит копаться в себе, что дело не в этом.

- У вас был матч, когда ваша команда выиграла со счетом 8:7, а ваш коэффициент полезности составил +3.

- Да, это был первый или второй матч. Единственный в сезоне, который я так хорошо закончил. А потом мы как понеслись на дно!.. Начался кошмар. Очень слабо играли - не знаю, что были за причины, но соперник, порой, нас буквально сминал, проезжался по нам, как хотел.

- В чем, на ваш взгляд, было дело?

- Конечно, в игроках. А что тренер? Он - мотиватор. Да, он мотивировал нас, мы бодрились, а потом выходили и… Дело не в тренере, дело в команде. Все мы дружим, хорошо общаемся, отличный коллектив подобрался, а игры не было.

- Долгие собрания в Америке бывают?

- Не сказал бы, что это были долгие собрания, но видеопросмотр, как обычно, был до и после игры, ошибки разбирали - всё тоже самое, как в России. Минут двадцать. Еще показывают большинство, меньшинство.

- Вы понимали, о чем шла речь?

- Да. Там ведь разговаривают терминами - понятно, что тренер имеет в виду. После 5-10 собрания понимаешь, о чём речь - говорят ведь в основном одно и тоже.

- Если бы «Бингхэмптон» играл в КХЛ, какое место заняла бы команда в турнирной таблице по итогам сезона?

- Не знаю. Наверное, не вошли бы в плей-офф. В АХЛ есть сильные команды, которые могли бы попасть в восьмёрку КХЛ, но не наша. Но это просто моя фантазия - может, всё сложилось бы иначе. У нас были действительно сильные хоккеисты, которые определённо должны играть в НХЛ, но увы. Люди не могут тащить за собой всю команду. Да, каждый из них набрал по 50 очков, но команде это не помогло.

- Будь ваша воля, перевели бы наш хоккей на маленькие площадки?

- Трудный вопрос. Это же надо менять всю систему! А это тяжело для нашего хоккея… У нас ведь хоккей красивый - заехали в зону, раскатились, пас-перепас-оставление. А на маленькой площадке совсем другой хоккей. На маленькой площадке играть интересно. Много ошибок - всё сразу видно. На большой ты можешь быстро исправиться, а там ворота близко - сразу бросают на пятак, давят.

Ярослав Дыбленко: И мир посмотрел, и в хоккей поиграл

- Вы чувствовали на себе напряжённые отношения между Россией и Америкой, о которых говорят по телевидению?

- У них тоже ведется информационная война против нас. Говорят, мол, американцы что-то думают нехорошее про нас. Но это не так. На самом деле, многие адекватные люди говорят, что вообще не смотрят телевизор, потому что это бред - что у нас показывают, то и у них. У меня было русское телевидение, после переключал на местный канал, а там про Россию то же самое вещают, только наоборот. Россия плохая, Путин плохой. Политика, ничего не попишешь. В Америке, кстати, очень много русских - я даже не ожидал, что в том же Бингхэмптоне столько наших соотечественников. Кошмар какой-то! (смеётся) В доме, где мы снимали квартиру, жили трое или четверо русских. В стоматологии, где лечил зубы, работает русский врач. Я вот думаю: если война начнётся, с кем воевать-то будем? Сами с собой? В Нью-Йорке одни русские и армяне. Думаю: где американцы-то, они вообще существуют?

- Русская речь повсюду?

- Везде. Будто в Ригу приехал. И это я не говорю о том же Брайтон Бич - там, кажется, одни украинцы. Узнают, что ты из России, спрашивают, почему про нас так плохо говорят? Отвечаю: политика такая, у вас говорят также. Они соглашаются.

- Простым людям на политику наплевать.

- Ну, конечно! На самом деле всё далеко не так, как нам показывают по телевизору. Мы привыкли видеть только плохое, но люди на самом деле в большинстве своём нормальные, адекватные. Конечно, дураки встречаются, но они и у нас есть, и в Америке.

- Свитер на память привезли?

- Мне ничего не дали - всё забрали, даже косметичку. Запихали в баул, кинули, мол, забирай и езжай. Косметичка была хорошая (смеется). Они всё оттуда высыпали в пакет, завернули и кинули мне.

- Странно.

- Еще баул у меня хороший забрали «Нью Джерси». Оставили мне этот дырявый из «Бинхэмптона», с которым я год катался. Под конец сезона он, конечно, «устал» (смеется). Забрал только нормальные хоккейные трусы, которые мне выдали в «Нью Джерси». Спрашиваю, где мой баул? Сказали: его нет, не могут найти. Думаю, соврали. Мол, зачем он ему нужен, если сваливает. Правда, тогда еще было непонятно, уеду ли я. Может, оставили себе на память? Я не против. Свитер, конечно, хотел бы забрать. Думаю, если бы позвонил в основную команду, они бы дали. Но не захотел никого тревожить - там не до меня было, как раз плей-офф шёл.

- В родном Сургуте давно были?

- Давно, когда приезжал за военным билетом. У меня уже все друзья переезжают оттуда. Кто Москву, кто в Питер. Почти никого и не осталось.

- Хоккей там жив?

- Жив, вроде. Ковыряется. В таком городе нужна команда КХЛ или для начала хотя бы Высшей лиги. Город-то богатый. Построй большой стадион - будет битком. Сделали КХЛ в Ханты-Мансийске - кому там хоккей нужен? 80 тысяч население - люди не ходят, им некогда. Они приходят с работы, и им не до хоккея. В Сургуте порядка 400 тысяч человек живёт, молодежи очень много - все бы ходили на хоккей. На детские команды собирается почти полный стадион.

- Может, по окончании карьеры займетесь развитием хоккея в городе?

- Даже не думал об этом. Только нервы потрачу: тут - нельзя, это - не делай. Нужен человек с высокой должностью. Мэр Сургута, например. В общем, серьёзные люди должны заняться хоккеем. Но пока это никому не нужно, пока это для них, наверное, не актуально. Видимо, есть дела поважнее.

Интервью опубликовано в официальной программе №3 сезона 2018/19.

Ярослав Дыбленко: И мир посмотрел, и в хоккей поиграл

  • 0
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.